Я даже особо не искал.

Кладбище было довольно большим, я знал лишь, что искать надо в 10-ом секторе.

Почему-то сразу пошёл в конец сектора по аллее.
Почему-то немного не доходя до её конца повернул направо.
Потом просто оглянулся налево.
И заметил знакомую фамилию.
Хираока.

Я застыл в нерешительности. Постоял секунд тридцать.

Из ступора меня вывел мужчина лет пятидесяти, который пришёл к этому же месту.
- Извините, это могила Кимитакэ Хираоки - Юкио Мисимы?
- Да.
- Спасибо.

Пока я собирался с мыслями, мой новый знакомый поставил принесённые цветы в вазы по обе стороны от памятника.
- Вы... американец?
- Нет, я из России.
- Студент, наверное.
- Да, Токийский университет иностранных языков, здесь недалеко.
- А, Гайдай! Я знаком с вашим ректором.
- Камэяма-сан? Правда?
- Да, он ведь русист?
- Угу.

Мне было не до Камэямы и его переводов Достоевского. Я к этому месту очень долго шёл.

- У вас есть зажигалка?
- Нет, не курю.
- Так-с, интересно, а я принёс зажигалку? А, вот она.

Он достал из пакета пачку сигарет "Peace".

- Это ведь его любимые сигареты. Он их постоянно курил.
- А вы много знаете! Собственно, это для него.

Он достал одну сигарету, зажёг её и положил у основания памятника.
Я вспомнил, что в Японии умершим приносят то, что они любили при жизни.

Из пакета появилась упаковка вагаси - японских сладостей - и какое-то печенье. Бутылка с чаем.

- Вот, вагаси - положите. Вы ведь у него впервые?
- Это моя давняя мечта.
- Тогда тем более - ему будет приятно.

В Японии очень своеобразное отношение к духам умерших. Считается, что они никуда не уходят, что они присутствуют незримо вокруг, становятся богами. И иногда возвращаются домой.
Большего скептика в отношении всего потустороннего, чем я, найти очень сложно.
И всё же.

Нас было трое. Один курил, второй заботливо поливал памятник чаем, третий сосредоточенно смотрел в пустоту и о чём-то думал.

Ему было бы 84.
И ему не должно было быть столько.

Мисима привлекал меня всегда не столько как писатель (хотя в своё время "Исповедь маски" меня исполосовала), сколько как человек-асимптота моего идеала (простите математический термин). Человек, которого жгуче не устраивало собственное несовершенство, у которого в венах текла лава, а не кровь, человек со стальной волей и потрясающе чёткими принципами. Пусть даже кто-то покрутит пальцем у виска.

Я не помешан на смерти. Я не милитарист и не националист. Я не готов впихивать в голову каждому "Хагакурэ" - я противник любого насилия. Кроме того, это книга для единиц. "Сокрытое в листве" подобно любой мощной и глубокой религии, системе ценностей - выпущенная в массы, она порождает чудовищные химеры.
Идеи Мисимы в Японии были обречены уже 40 лет назад. А сейчас - тем более.

Этот человек мне близок прежде всего своим стремлением к чистому миру победы духа над плотью. Победы закона в себе над вседозволенностью. Стремлением к абсолюту. Кто-то зовёт его Богом, кто-то - нирваной, кто-то - сатори, имён много.
Он выбрал самый близкий для него путь. Те, кто наивно полагают, что харакири - это блажь и "простое решение", пусть просто возьмут кухонный нож и поднесут его к животу. Как ощущения?

Мисима победил.

***

Мисима докурил любимый "Peace".
Мой новый знакомый сложил руки перед собой, поклонился и, попрощавшись со мной, ушёл.

Я так и не спросил, кем же он приходится неистовому японцу.

Мои мысли тем временем прояснились до состояния осеннего неба перед рассветом. Мне вспомнился мальчик-камикадзэ. И этот бешенно стучащий в голове вопрос "зачем"?

Я всё время ходил вокруг понимания самоубийства Мисимы, чувствуя что вот-вот найду.

Как звучит хлопок одной руки?

Одна рука хлопнула. Мне по затылку.Хотя - на мой взгляд, этот коан решается ударом бамбукового меча. Или неповторимым звуком, который издаёт каратэги при акцентированном ударе.
Всё ещё не догоняете?

Мой собеседник (хотя какой же он собеседник - мы всё время молчали) улыбнулся. Из огромного спутанного клубка я потянул за правильную нитку.По-крайней мере, это моё решение.

Кто сказал, что корень из минус единицы извлечь нельзя? Мнимые числа нельзя пощупать.

Но если у вас хоть раз загорались глаза и сводило скулы от удовольствия, когда вы наблюдали за поединком кэндо, то вы, быть может, поймаете эту же нитку.

Макс Крылов