Последнее время, одними из самых обсуждаемых  тем в СМИ является проблема европейской интеграции и положения иммигрантов в странах ЕС.  Экономический кризис 2008 – 2009 гг. существенно пошатнул экономическую систему единой Европы и имел неожиданные последствия – экономические проблемы поставили под вопрос возможность существования европейской модели социального государства и европейскую модель космополитической толерантности. И оба этих вопроса неразрывно связаны. Бюджетный дефицит европейских стран сработал как лакмусовая бумажка. Невозможность получения коренными жителями Европы прежних социальных льгот быстро выявила их истинное отношение к приезжим: «Мы готовы вас терпеть, пока нам хватает денег, а когда их нет, мы не понимаем, почему мы должны вас кормить!?». И как следствие, такие общественные настроения вызвали бурю вопросов: «Насколько интегрированы в европейское сообщество выходцы из исламских стран!? Как их адоптировать к европейской культуре?! И надо ли это? Может  выселить их или просто юридическими мерами принудить их быть европейцами?!»  Этими вопросами сейчас не задается только ленивый европейский политик, следовательно, и ответы все разные.

«Интеграция есть задача того, кто интегрируется. Я не обязан терпеть того, кто ничего для этого не делает. Я вообще не обязан терпеть кого-то, кто живет на деньги государства и отрицает это государство, не заботиться об образовании своих детей и постоянно производит на свет маленьких девочек с платком на голове». Эти слова из книги «Германия самоуничтожается. Как мы ставим на карту страну», буквально взорвали Германию, а написал ее ни кто иной, как сам глава Бундесбанка Тило Саррацин.  Он в последствии был уволен. Однако, этот факт давно известен – все СМИ трубили об этом, но нам он интересен в контексте нашей темы. Ведь  книга разошлась почти миллионным тиражом. А вот это уже интересно – то, что пока всеми силами отрицает официальная власть, в социуме вызывает невероятный интерес. А значит, проблема эта действительно есть. А антииммигрантские настроения имеют, как правило, предсказуемый результат. Согласно исследованиям Фонда Фридриха Эрберта «Ультраправые настроения в Германии» 66 % немцев считают, что иностранцы приезжают для того, чтобы нажиться на их стране. Число жителей поддерживающих «диктатуру, как лучшую форму политического устройства» выросло с 3,7% (2008 год) до 5,1% (2010 год). Шовинизм теперь поддерживают 19,3 % (2010 год) против 14,9% (2008 год). Комментарии к этим цифрам излишни. Эти тенденции имеют следующие выражение – ультраправых в швейцарском парламенте почти треть, в Норвегии – четверть, в Голландии и Дании  - 15%. Европа реагирует очень предсказуемо. Одним словом, мульти-культи умер. (Так модель мультикультуризма назвал Хорст Зерхофер, глава Христианско-социального союза Германии). Самый простой выход – ненависть к чужой культуре. И объясняют они все это тоже предсказуемо – бюджет не резиновый, да и вообще настало время перемен, да и финансовый кризис не прошел даром и прочее. И отечественные СМИ пишут об этом, в том же ключе. Например, журнал «Русский Репортер» №42 от 28 октября 2010 года в статье «Смерть мульти-культи», откуда и почерпнуто большинство данных приведенных выше.

Теперь  отойдем от национального уровня и перейдем к межнациональному, к единой Европе. Дело в том, что страны ЕС не могут справиться не только с внутренней национальной интеграцией иммигрантов, но и с межнациональной интеграцией, так сказать,  друг в друга.  Безусловно, экономические механизмы они наладили, тут вопросов, если не углубляться в детали экономического характера, нет.  И юридически они все оформили грамотно. Было бы удивительно, если это было не так. Но на культурном, социальном уровне интеграции не происходит. И выявил это все тот же самый экономический кризис. Следует только в какой-нибудь стране ЕС вспыхнуть кризисным явлениям, как остальные начинают шептаться о том, как бы найти повод не помогать соседу, а то и вообще выгнать его и попутно обвинить в фальсификации данных (бедную Грецию чуть не разорвало на части от внутреннего напряжения). Столько лет интеграции, шуму вокруг единой Европы, а в итоге – ничего.

Безусловно, многие возразят, что для этого нужно время,  и они будут отчасти правы. Но лишь отчасти -   для сложных международных интеграционных и мультикультурных процессов действительно нужно время. Но успех они могут иметь только в случае их правильности. А вот тут уже все плохо. Единая Европа создавалась как идеальное в социальном плане государство, абсолютно толерантное для всего. Европа ни ради чего-то, а для всех. Такой космополитический бюргерский рай.  Тут-то и был промах. Европа оказалась неспособна вместить в себя огромный пласт совершенно ей чуждой мусульманской культуры. Эта культурная модель оказалась сильнее, и теперь европейские нации видят в ней для себя угрозу потери своей идентичности. И не безосновательно. А с ростом напряжения в европейском обществе начинают трещать и хрупкие связи между странами. Ведь в действительности их ничего не связывает. Единая Европа как геополитический союз, отстаивающий свои интересы на мировой арене, имела бы шансы на выживание. А единая Европа, пропитанная тлетворным запахом космополитизма, пляшущая под дудку США устоять не может. Ибо нет того ядра, которое бы всех притягивало.

На  фоне этого снова проявляется величие России и ее уникальности как евразийской империи. На наших просторах исламские мечети соседствуют с куполами церквей, пение муэдзина не заглушает колокольный звон, а сливается с ним единый призыв к Богу, гортанные песнопения буддийских монахов звучат в унисон со старообрядческим распевом. И никто не чувствует для себя угроз. Никто не говорит, что одна культура угрожает другой. В Челябинске католический костел соседствует с православным храмом, протестантская церковь с мечетью и синагогой и всем хватает места. Только истинная империя способна на такое, где все части подчинены одной, главной цели – быть империей, быть великой, быть уникальной со своим, третьим путем, быть Россией и нести знамя Евразии. И никакие действия наших геополитических врагов не способны разрушить это единство. Во время конфликта в Осетии выходцы с Урала воевали плечом к плечу с чеченцами против общей угрозы, несмотря на двадцатилетние усилия разобщить два народа. Против законов геополитики не пойдешь. И все эти годы Европа работала над своим проектом только для того, чтобы доказать, что Карл Хаусхофер был прав – Континентальный блок, союз с Россией, вот путь Европы, путь, который вернет ей былую мощь и величие. Ведь маленькая Европа не смогла вместить большой пласт мусульманской культуры и теперь под угрозой с двух сторон – с одной стороны геополитический враг в лице США и марионеточное положение в его противостоянии с Россией, с другой – утрата национальной идентичности и растворение в иммигрантской культуре. Самое страшное для Европы в том, что эти угрозы не исключают друг друга, но напротив дополняют. Выход один. Россия способна принять Европу.